29 октября 1929 года на Нью-Йоркской фондовой бирже произошло то, что The New York Times на следующий день назвала «самым катастрофическим торговым днём в истории Уолл-стрит» . Было продано 16 410 030 акций — рекорд, который держался 40 лет . Dow Jones Industrial Average рухнул на 30,57 пункта, закрывшись на отметке 230,07 .
Но уникальность этой даты — не в цифрах падения. Она в том, что экономисты до сих пор спорят, был ли крах причиной Великой депрессии или только её симптомом. И большинство сходится: сам по себе обвал не вызвал бы десятилетие массовой безработицы и закрытых банков .
Что именно произошло 29 октября
Паника началась ещё 24 октября — в «Чёрный четверг», когда биржа потеряла 11% стоимости за день . В понедельник, 28 октября, падение продолжилось: минус 13% . К утру вторника крупные институциональные трейдеры присоединились к распродаже, которую начали частные спекулянты .
Standard Oil и Westinghouse открылись с разрывом вниз на огромных объёмах. Один посыльный, «по прихоти», поставил 1 доллар за 100 акций White Sewing Machine — и получил их, потому что других покупателей не было . Несколько месяцев назад эти акции стоили 48 долларов .
Главы крупнейших банков Нью-Йорка пообещали выделить по 20 миллионов долларов каждый для поддержки цен. Но на дневном совещании они пришли к выводу: остановить падение невозможно . Один из них, Альберт Уиггин из Chase Bank, тем временем тихо продавал рынок в короткую через личный счёт .
ключевые факты
| Параметр | Факт | Источник |
|---|---|---|
| Дата | 29 октября 1929 | |
| Объём торгов | 16 410 030 акций | |
| Падение Dow Jones | 30,57 пункта (≈12%) | |
| Закрытие Dow | 230,07 | |
| Падение за 5 дней (24–29 окт.) | 25% | |
| Падение Dow к 1932 году | 89% | |
| Восстановление до уровня 1929 | 1954 год | |
| Потеря стоимости за неделю | > $26 млрд |
Почему крах не был причиной — а был сигналом
Федеральный резервный банк Сент-Луиса формулирует консенсус экономических историков: «Крах фондового рынка оказал некоторое влияние. Однако, каким бы крупным он ни был, его всё же было недостаточно, чтобы вызвать Великую депрессию. Без краха фондового рынка у нас была бы довольно суровая рецессия, но у нас не было бы Великой депрессии» .
Причина — в том, что крах обнажил слабости, которые уже существовали:
Неравное распределение богатства. Доходы 1% населения на вершине пирамиды были на 650% выше, чем у 11% внизу. Экономика зависела от высоких инвестиций и роскошных расходов богатых — а они нестабильны .
Слабая банковская система. В 1920-х банки открывались со скоростью 4–5 в день без федеральных ограничений на капитал или резервы. Между 1923 и 1929 годами банки закрывались по два в день .
Спекуляция на заёмные средства. Многие американцы покупали акции «на марже» — внося лишь часть стоимости и занимая остальное. Когда цены упали, кредиторы потребовали возврата займов, что усилило распродажу .
Перепроизводство и падение потребления. Массовое производство обогнало спрос. Люди с низкими доходами не могли позволить себе товары, которые производили фабрики .
Что говорили эксперты
Дэвид Уилок, Федеральный резервный банк Сент-Луиса:
«Крах фондового рынка имел некоторый эффект. Однако, каким бы крупным он ни был, его всё же недостаточно, чтобы вызвать Великую депрессию. Должно быть что-то ещё в этой истории» .
Goldman Sachs, исторический обзор:
«Крах фондового рынка 1929 года обнажил хрупкость финансовой системы, которая была построена на спекуляциях и заёмных деньгах» .
The New York Times, 30 октября 1929 года:
«Со всех точек зрения — по масштабу потерь, по общему обороту, по числу разорённых спекулянтов — день был самым катастрофическим в истории Уолл-стрит» .
Что произошло после
К июлю 1932 года Dow Jones потерял 89% от пика 1929 года . Рынок не возвращался к уровню 1929 года до 1954-го . 11 000 из 25 000 банков США обанкротились к 1933 году . Безработица достигла 25% .
29 октября 1929 года 16 миллионов акций сменили владельцев за один день. Банкиры обещали поддержать рынок — и не смогли. Один из них тайно играл на понижение. Но главное: крах не создал Великую депрессию. Он показал, что экономика США уже была больна — неравенством, спекуляцией и банковской системой без правил. Паника была искрой. Топливо уже лежало там.